На сегодняшний день в России по-прежнему актуальной остается проблема законодательного регулирования потребительского кредитования. Рассмотрим отдельные положения проекта Федерального закона «О потребительском кредитовании».

ЧРЕЗМЕРНАЯ ФОРМАЛИЗАЦИЯ

Министерство финансов РФ разместило на своем сайте очередную версию проекта Федерального закона «О потребительском кредитовании» (далее — проект). Выскажем некоторые соображения относительно отдельных его положений.

Предоставление кредита физическим лицам предлагается сильно формализовать. Повысит ли это качество услуги или ее стоимость? Можно с уверенностью утверждать, что выполнение предлагаемых требований, касающихся обязанностей кредитора по предоставлению заемщику информации об условиях кредитования (ст. 4 проекта), потребует от банков существенных трудозатрат (всего предлагается специальным образом раскрывать информацию по 23 позициям, из которых лишь пять можно отразить только в договоре), смысл в которых попросту отсутствует, поскольку любой банк и так не скрывает условия кредитования, доводя их до сведения клиентов всеми удобными способами. Теперь же они вряд ли смогут ограничиться размещением этой информации, например, лишь на сайте банка. Скорее всего, придется это делать и в операционных подразделениях банков, так как в ч. 4 ст. 4 проекта указано, что кредитор обязан обеспечить доступность информации заемщику в местах оказания услуг (местах приема заявлений о предоставлении потребительского кредита, в том числе в Интернете).

Чрезмерная формализация присуща как стадии, предшествующей заключению договора, так и стадии заключения договора (сначала должен состояться процесс согласования индивидуальных условий, затем банк направляет заемщику общие условия и т.д.). Невыполнение же формальностей процесса может повлечь претензии заинтересованных в них лиц.

НОВОЕ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

В статье 5 проекта установлено, что договор потребительского кредита состоит из общих и индивидуальных условий. При этом общие условия хотя и определяются кредитором в одностороннем порядке для многократного применения, но могут быть изменены или отменены индивидуальными условиями, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально. Процесс такого согласования заключается (ч. 8 ст. 6 проекта) в том, что индивидуальные условия предлагает банк, а клиент далее выражает свою волю.

Однако самое главное заключается в том, что проект предлагает нечто новое в гражданском праве. До сих пор цивилистическая доктрина понимала содержание договора как «совокупность согласованных его сторонами условий» <1>. Среди таких условий основное место занимают существенные условия, лишь при достижении между сторонами соглашения по которым договор (ст. 432 ГК РФ) считается заключенным. ГК РФ конкретизирует и определяет, что к таким условиям относятся условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Называются и иные условия договора, которые могут иметь место <2>. Однако в отличие от существенных условий все они (как правило) не имеют принципиального значения. Помимо непоименованных общих условий в проекте указано минимум 17 индивидуальных условий, которые (абз. 1 ч. 6. ст. 5 проекта) следует признавать существенными. Нельзя сказать, что ГК РФ не допускает такого варианта. Однако не вносит ли такая конструкция путаницу и не станет ли причиной споров? Возможно, следует определиться с перечнем существенных условий для данного вида договора.
———————————
<1> Гражданское право: Учебник: В 2 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2003. Том 2. Полутом 1.
<2> Там же.

УНИКАЛЬНАЯ КОНСТРУКЦИЯ

Новизна конструкции договора потребительского кредита проявляется и в том, что проект однозначно закрепляет, что к условиям договора потребительского кредита не применяются нормы ст. 428 ГК РФ (ч. 2 ст. 5 проекта). Действительно, нельзя по существу заключить кредитный договор, используя конструкцию договора присоединения, что уже отмечалось в литературе <3>. Отметим, что ВАС РФ недавно пришел к другому выводу: «Кредитная организация была правомерно привлечена к административной ответственности за включение в договор с заемщиком-гражданином положения о том, что заключенный сторонами кредитный договор не рассматривается ими в качестве договора присоединения и к отношениям, возникающим между сторонами, не подлежат применению правила статьи 428 ГК РФ, так как это положение договора ущемляет установленные законом права потребителя» <4>.
———————————
<3> Кукушкин В.М. О проектах Обзоров судебной практики ВАС РФ о кредитовании // Банковское право. 2011. N 5.
<4> Информационное письмо ВАС РФ от 13.09.2011 N 146. Пункт 6.

Однако проект в ч. 5 ст. 5 предлагает чуть не дословно использовать один из важнейших элементов договора присоединения, поскольку указывает, что если общие условия договора не противоречат нормативным правовым актам, но существенно ухудшают положение заемщика по сравнению с нормами законодательства в сфере потребительского кредитования или содержат другие явно обременительные для заемщика условия, то могут быть признаны судом недействительными по иску заемщика. Из этого можно сделать вывод, что перед нами — псевдодоговор присоединения. Скорее всего, таким своеобразным способом разработчики проекта решили учесть вышеуказанное мнение ВАС РФ. В целом же предлагаемая конструкция представляется настолько уникальной, что вполне может создать на практике проблемы всем участникам кредитного правоотношения.

СТРАХОВЫЕ УСЛУГИ

Интересен подход разработчиков проекта к страхованию рисков при кредитовании. Так, в ч. 4 ст. 5 проекта установлен запрет на включение в общие условия договора обязанности заемщика пользоваться дополнительными услугами третьих лиц, за исключением случаев, когда соответствующая услуга указана в индивидуальных условиях договора потребительского кредита. В части 3 ст. 6 предусмотрено, что заемщику должна быть предоставлена возможность выразить свое согласие или отказ относительно таких услуг (в том числе страховых).

При этом в ч. 11 ст. 6 проекта предусматривается, что кредитор в обеспечение исполнения обязательств по договору потребительского кредита вправе потребовать от заемщика за свой счет застраховать от рисков утраты и повреждения заложенное имущество на сумму, не превышающую размера обеспеченного залогом требования, а также застраховать иной страховой интерес заемщика. Однако заемщик вправе не согласиться, тогда кредитор обязан предложить заемщику альтернативный вариант потребительского кредита на сопоставимых по сроку и сумме условиях потребительского кредитования без обязательного заключения договора страхования.

Видимо, здесь тоже решено учесть мнение ВАС РФ, согласно которому «включение в кредитный договор с заемщиком-гражданином условия о страховании его жизни и здоровья не нарушает прав потребителя, если заемщик имел возможность заключить с банком кредитный договор и без названного условия» <5>. Остается неясным, какое именно предложение должен сделать кредитор, да еще и на сопоставимых условиях.
———————————
<5> Информационное письмо ВАС РФ от 13.09.2011 N 146. Пункт 8.
МЕНЯЕТСЯ ЛИ НОРМА?

В части 12 ст. 6 проекта установлено, что кредитор вправе отказаться от предоставления заемщику потребительского кредита, предусмотренного договором, полностью или частично при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок, в том числе при предоставлении заемщиком недостоверной информации и (или) документов. Здесь же говорится, что в случае нарушения заемщиком предусмотренной договором потребительского кредита обязанности целевого использования потребительского кредита, предоставленного с условием использования заемщиком полученных средств на определенные цели, кредитор вправе также отказаться от дальнейшего кредитования заемщика по договору потребительского кредита.

Отметим, что эти положения полностью копируют нормы действующих в настоящее время ч. 2 ст. 814, ст. 821 ГК РФ, в случае же внесения планируемых изменений в ГК РФ эти нормы сохранятся в ч. 3 ст. 807 и в ч. 2 ст. 814 <6>.
———————————
<6> Проект Федерального закона N 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Что касается процентов по кредиту, то согласно ст. 9 проекта процентная ставка по договору потребительского кредита может определяться с применением ставки в процентах годовых, фиксированную величину которой стороны определяют в индивидуальных условиях договора потребительского кредита при его заключении (постоянная процентная ставка) либо ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от изменения переменной величины, предусмотренной в индивидуальных условиях договора потребительского кредита (переменная процентная ставка). Неясно, для чего нужна эта норма. Ведь в проекте федерального закона о внесении изменений в ГК РФ в ст. 809 предлагается редакция ч. 2, в соответствии с которой размер процентов за пользование суммой займа может быть установлен в договоре в твердой сумме (фиксированная процентная ставка) либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты (плавающая процентная ставка).

ДОСРОЧНЫЙ ВОЗВРАТ

В статье 11 проекта установлено, что при досрочном возврате кредита проценты уплачиваются за фактический срок кредитования. В чем же новизна регулирования? В настоящее время в ч. 4 ст. 809 ГК РФ предусмотрено, что в случае возврата досрочно суммы займа, предоставленного под проценты, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов по договору займа, начисленных включительно до дня возврата суммы займа полностью или ее части (вероятно, и в дальнейшем ГК РФ сохранит такой подход).

Справедливости ради следует отметить, что ст. 821 в предлагаемой проектом федерального закона о внесении изменений в ГК РФ редакции предусматривает уплату процентов за время фактического пользования кредитом лишь для ситуации досрочного возврата кредита в течение 14 дней со дня наступления предусмотренного договором срока предоставления кредита. При этом в п. 3 ст. 809 предлагается сохранить имеющуюся формулировку, согласно которой при отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа. Разумеется, день возврата займа можно трактовать по-разному.

Также не ясно, каким образом при досрочном возврате кредита с аннуитетными платежами можно осуществить уплату процентов за фактический срок кредитования, как указано в ст. 11 проекта? Непонятна и конструкция досрочного возврата (предусмотренная ст. 11 проекта): для чего разграничивать ситуации с возвратом в течение 10 и 30 дней с даты получения кредита, если порядок одинаков?

НЕОБХОДИМ БАЛАНС ЧАСТНЫХ И ПУБЛИЧНЫХ ИНТЕРЕСОВ

Статья 12 проекта предлагает легализовать коллекторство в банковской сфере, не дожидаясь принятия специального закона. На наш взгляд, это крайне ошибочная позиция, так как в результате подобных действий возникнут многочисленные коллизии в законодательстве. Кроме того, не будет в полной мере работать п. 2 ст. 12 проекта (о том, что персональные данные заемщика могут передаваться без его согласия). Также указанный пункт вступит в противоречие с Федеральным законом от 27.07.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных», поскольку существуют различные режимы для разных видов персональных данных.

Статья 14 проекта ограничивает кредитора в его праве на досрочное расторжение кредитного договора в случае, если нарушение заемщиком условий договора обусловлено невыполнением кредитором требований к условиям договора, его форме и порядку заключения, о предоставлении информации о потребительском кредите. Данное положение представляется нам очень спорным. Ведь при невыполнении таких требований (которые могут носить весьма формальный характер) кредитор при нарушении заемщиком своих обязательств не будет иметь возможности расторгнуть договор и потребовать досрочного возврата суммы кредита. Однако и при выполнении этих требований кредитор не сможет этого сделать ранее 180 дней с момента заключения договора (при условии 60 дней просрочки либо пока такая просрочка не будет иметь место в целом за любой период 180 дней). Поскольку п. 2 ст. 15 проекта, устанавливающий такой запрет, сохранился и в последней его редакции.

Таким образом, закон в предлагаемой редакции не решает множества проблем. Его разработчики предлагают нормы, которые являются повтором существующего регулирования, недостаточно учитывая проект федерального закона о внесении изменений в ГК РФ и принимая в большей степени за основу последние обобщения судебной практики ВАС РФ.

Кроме того, данный проект предлагает чрезмерно формализовать и усложнить процессы кредитования, что в целом вряд ли будет способствовать достижению положительных результатов, так как чрезмерное и необоснованное усиление прав «слабой стороны» может привести к совершенно неожиданным последствиям.

На наш взгляд, прежде принятия федерального закона «О потребительском кредитовании» следует вдумчиво провести все необходимые исследования, касающиеся как правового регулирования данных отношений, имея в виду системные взаимосвязи в праве (с учетом проекта о внесении изменений в ГК РФ), так и социально-экономические последствия нового закона, придерживаясь в большей степени баланса частных и публичных интересов.

Автор: В. Кукушкин